О природе, рыбалках, путешествиях и экологии

Волею случая мне посчастливилось три раза подряд сплавиться в последних числах апреля на резиновой лодке от реки Изерла по Малому Абакану до его правого притока — Кайлы, там была база геологов. А вообще путешествий было немало. О природе, рыбалках, путешествиях и экологии

Воспоминаний много, мысли в голове теснятся, всем хочется поделиться, с чего начать, даже не знаю. Сперва расскажу, пожалуй, о событиях давних, так как древние говорили: «Кто не знает прошлого, тот не имеет будущего».

На «железных конях»

В 1970 году я и четверо моих хороших знакомых на мотоциклах совершили пробег по Саянскому кольцу. Участвовали четыре «Явы-350» и «Иж-планета», который не опозорил отечественную технику. Выехали мы из Абакана, далее направились в город Абазу. Следующими пунктами в нашем маршруте были: Ак-Довурак, Шагонар и Кызыл. Добрались до озера Сватиково, а затем вернулись обратно в Абакан.

Очень жаль, что в те годы не было такой техники, включая фотоаппараты, что есть сейчас. Леса стояли почти нетронутыми, такая красота! Дорога, справа — горы с тайгой, слева — река Она с прозрачными холодными струями. По ее берегам частенько попадались мотоциклы. А легковых машин в то время на трассах вдали от центральных районов встречалось очень мало.

Рыболовное снаряжение было простое. Телескопических снастей почти ни у кого не имелось. В основном приходилось пользоваться трех- или четырехзвеньевыми бамбуковыми удилищами. Дорога в те годы только открылась, в реке Она, включая ее притоки Он, Карасума и другие, водилось много рыбы. Без ухи тогда никто не уезжал.

Я иногда снижал скорость и махал рукой ребятам: мол, езжайте дальше, потом вас догоню. По пути до поселка Большой Он раза четыре останавливался возле рыбаков, желая посмотреть улов и расспросить об успехах.

Недовольные или озлобленные удильщики мне не попадались. Люди были рады пообщаться, давали с собой несколько рыбок. В итоге у меня набросило два десятка хариусов нормального «сковородочного» размера. Это хватило, чтобы побаловать всю компанию малосольной рыбкой…

Потом многое изменилось. Мне частенько доводилось ездить в поселок лесорубов Большой Он (насколько я знаю, сейчас его уже нет) за черникой и брусникой. Мы разговаривали о рыбалке с местными жителями.

Они обычно посмеивались: клюет иваси в магазине, а за хариусом надо забираться в верховья! А здесь откуда взяться нормальной рыбе, когда в реку «выгрузили» самосвал извести? Да еще как-то тащили через Ону цистерну с соляркой, зацепились за валун, разодрали борт, и все содержимое вытекло в воду…

По реке

Запомнился мне сплав в конце апреля на резиновой лодке от Изерлы по Малому Абакану до Кайлы. На второй год мы стартовали уже от реки Аян. Кстати, у меня потом был западносибирский кобель с такой кличкой. Малый Абакан — это эндемик, в конце апреля середина реки уже открыта, а паводка еще нет. Красота там неописуемая.

Смотрите также:  Бывают в жизни злые шутки – сказал петух, слезая с утки

Моторки в верховья не ходят, несколько огромных заломов перекрывают реку. В одном из них выше порога «бычье горло» мы в августе бензопилами делали проход, чтобы освободить путь геологам. Им нужно было подняться дальше вверх по реке для работы.

Но вернемся к нашему сплаву, который был в конце апреля. Мы с приятелем Вячеславом на двух «трехсотках», обтянутых брезентом, начали путешествие на реке Изерла. Палатки не брали, ночевали в спальниках на перевернутых лодках. С собой прихватили телескопические удочки, молочную флягу под рыбу, два котелка, газовую плитку и небольшой запас продуктов.

Я уже отмечал, что Малый Абакан — уникальное явление природы. На его берегах даже в разгар зимы высота снежного покрова редко достигает 80-90 см. А в это же время в районе Большого Абакана глубина сугробов обычно превышает два метра. Так что все окрестные звери на зимовку обычно собираются в долине Малого Абакана. Считаю очень правильным решением наделение этой территории статусом государственного заповедника. Он будет прекрасным резерватом для рыбы и богатейшего животного мира…

Во время нашего сплава воды в реке было мало. Мы часто брели, таща за собой лодки. И тут вдруг я увидел впереди огромную яму длиной больше ста метром. Там было настолько глубоко, что вода казалась черной.

Я остановил лодку около льда и стал готовить спиннинг, но Слава, который уже бывал здесь, одернул меня. Он сообщил, что это пустая затея. Приятель поведал, что яма называется Тайменьей, но несколько лет назад какой-то придурок взорвал ее, и с тех пор в ней нет даже малька.

Я не любитель нецензурщины, но тут не выдержал и высказал вслух все, что «накипело» в душе. Уверен, что не охотники с ружьями и не рыбаки с удочками и даже сетями (при разумном размере ячеи) губят природу, а в основном бесхозяйственная, зачастую преступная деятельность людей безголовых.

Эти «товарищи» не думают о том, что останется после нас детям и внукам. И чаще всего такие «деятели» не являются рыбаками и охотниками…

Полтора дня мы плыли, с тоской жуя тушенку и не видя даже малейшего хвостика, пока не достигли ручья под названием Киргиз. Дальше начался участок, изобилующий рыбой. Я прежде никогда не видел столько обитателей водоема сразу.

Мы прицепили мормышки и занялись ловом. Поймали с десяток экземпляров, чтобы зажарить их на прутиках над углями. Ужин получился царский! Да еще с собой набрали рыбы, поместив ее во флягу.

Дела минувшие и наши дни

Кстати, прежде трофеи были крупнее. Например, очень хорошо клевал довольно крупный лещ. Его то ли целенаправленно выпускали в водоемы, то ли популяции сами увеличивались. Сейчас в основном попадается «фанерка» граммов по 500-700, редко больше.

Смотрите также:  Эти глаза напротив...

А в девяностых годах лещи в полтора и даже в два с половиной кило были обычным явлением. Я сам много раз ловил экземпляры, доходившие до 3,5 кг. У меня имелся бур с самодельным шнеком и большими ножами.

С образованием Красноярского моря количество зимних рыбаков увеличилось в несколько раз. На льду удильщики использовали различные укрытия — от полиэтиленовых мешков до всевозможных палаток…

В те давние годы в Черногорске работал крупный комбинат, и, возможно, случилась какая-то экологическая авария. Знакомый водолаз, спускавшийся для поднятия одного затонувшего автомобиля (люди, слава Богу, успели выскочить), рассказывал, что на дне слоем выше колена лежала мертвая рыба…

Время идет, постепенно все меняется. Сравнительно недавно мы ездили на реку Он, чтобы нарвать ягоды на ее берегах. Видели много машин с рыбаками. Крупных трофеев нет, но хариусный белячок на 150-170 граммов поклевывает.

Река потихоньку очищается от извести, солярки и еще кто знает какой химии, восстанавливается, словно человек, выздоравливающий после тяжелой болезни. Хочется верить, что наши дети и внуки будут видеть и рыбу, и зверей не только на картинках!

А вообще с возведением каскада гидроэлектростанций многое изменилось. Под водой оказались бывшие деревни и поселки со скотными дворами, туалетами и так далее.

Если раньше хоть ельца, хоть сорогу можно было почистить, посолить и через 20-30 минут уже кушать, то теперь весь улов необходимо предварительно продержать в морозилке не менее трех суток, а после этого подвергнуть температурной обработке: варить, жарить, запекать. В сыром виде рыбу лучше не употреблять.

В прежние годы мне доводилось бывать в верховьях Амыла в октябре, так на обед брал краюху хлеба или сухарей и соли. Из рыболовного снаряжения имел хорошую удочку-телескоп, помещавшуюся в рюкзаке «балду» (пенопластовый овальный поплавок со свинцом в середине) и поводок длиной около 80 сантиметров с двумя или тремя «мушками». Пара-тройка забросов давали несколько рыбин.

Почистишь их, посолишь и укладываешь на лопух. Ставишь на огонь наполненную водой консервную банку с дужкой из проволоки. Пока чай заварится, малосольная рыба уже готова. После такого обеда наполняешься силами, ноги идут резво. И никогда никакой заразы не было!

А уж сколько за мои скитания я вытаскивал клещей — не сосчитать! Про энцефалит тогда слышали краем уха, но в жизни никто всерьез в эту опасность не верил.

Сейчас активно обсуждается важность ветеринарного контроля. Я считаю, что он не только нужен, а буквально необходим. Медведь, барсук и кабан являются основными переносчиками трихинеллеза.

Эти личинки специалисты находили даже у косули, о чем сообщалось в одном из журналов. Думаю, что ветконтроль должен быть в каждом райцентре, что есть риск заболевания нас, рыбаков и охотников, и членов наших семей…

Игорь Душевский, г. Абакан

Источник

Поделиться в соцсетях